При въезде в Местре водитель вдруг свернул в боковую улочку. Я похолодел от неожиданности. Заметив мое замешательство, таксист ухмыльнулся и прибавил скорости.
Мелькали какие-то склады, гаражи. Все было закрыто. Даже тротуары были пусты. Я представил себе людей, прячущихся за тяжелыми ставнями, пытаясь укрыться от вспышек насилия, что неизбежно должны разразиться на этих выжженных солнцем улицах. Меня постепенно охватывала паника, и на то были причины: мчащаяся машина, пустынные улицы, ругающийся толстяк, водитель такси (тот, что все улыбался), этот мотоциклист…
Внезапно таксист нажал на тормоз, остановив машину посреди улицы. Из распахнувшихся по обеим сторонам дверей домов выскочили двое. Они впрыгнули в машину, зажав меня посередине, и такси помчалось дальше.
Глава 4
Человек, оказавшийся слева от меня, обращал на себя внимание брюками цвета шоколада, яркой спортивной рубашкой, туфлями крокодиловой кожи и револьвером 38 калибра. Этот револьвер упирался мне в бок как при игре в «руки вверх!». Узкое, вытянутое лицо моего соседа было украшено ниточкой усов.
— Потише! — сказал он мне. — Никаких резких движений или там криков… Усекли?
— Усек, — ответил я.
— Смотрите, — он раскрыл барабан своего револьвера, — он заряжен. Предохранитель снят. Усекли?
— Усек, — откликнулся я.
— Беппо, — обратился он к моему соседу справа, — покажи-ка свою пушку.
— Незачем беспокоиться, я и так вам верю.
— А почему вы должны мне верить? Я ведь и соврать могу. Беппо, покажи ему пушку.
Беппо, солидной комплекции человек с кислой физиономией, достал пистолет, убедился, что я должным образом его оценил, и вновь спрятал, но так, что пистолет по-прежнему упирался мне в ребра.
— Вижу, что вы серьезные ребята, — сказал я.